Порно рассказы и секс истории

Изжившие себя отношения

— Она тебе нравится? — Егорка делает вид, что не ревнует, но я слишком хорошо знаю друга, чтобы понимать, какую боль причинили мои слова. Он не виноват, что его девушка строит мне глазки. В последнее время они часто ссорились. Любовь — странная штука, когда её много, она разрушает.

Отвечаю с расстановкой, взвешивая каждое слово:

— Даша — красивая девушка, но встречаться с ней я бы не стал.

Егор ухмыляется:

— Почему?

— Мне не нравится, когда девушки командуют.

Хмыкает.

— Думаешь, она стала бы тобой понукать?

— Не знаю.

Я даже не сомневаюсь. Мне жаль Егора, хочется помочь ему, утешить. Но он болезненно воспринимает любые попытки залезть в душу. Обычное дружеское молчание имеет более целебный эффект. Я молчу.

Он тоже.

— Она не ценит моей любви, — начинает он, скинув наконец с лица маску безразличия, — Иногда мне даже хочется, чтобы она ушла к другому и тот её бросил. Чтобы она поняла наконец, что любовь не даётся просто так. Тогда бы она не стала сравнивать меня с другими.

Он обижен, очень обижен. Впервые слышу, чтобы он жаловался. Я легонько киваю, выражая понимание. Мы не спеша идём по парку, осенняя листва шуршит под ногами, смеркается.

Егор втягивает полную грудь сырого студёного воздуха, выдыхает, бросая на меня короткий отчаянный взгляд, усмехается. Признание далось нелегко, он прикрывается улыбками.

Спрашиваю его:

— А если её не бросят?

Мы подходим к мосту. Егор останавливается возле парапета, смотрит в мутную воду канала. На его лице печаль сменяется сомнением.

— Знаешь, чего я больше всего на свете боюсь? Что она уйдёт к другому, влюбится и будет жить с ним счастливо. Потом выйдет замуж, заведет семью. Я ведь у неё первый мужчина был. Ты не думай, что она такая ветреная, она очень даже стеснительная. Когда мы познакомились, она до меня не целовалась ни разу. Потом ещё полтора года встречались, прежде чем в постель лечь.

Его страх реальный: поэтому он так носится со своей девушкой, поэтому готов с неё пылинки сдувать. Я же всегда молча восхищался их любовью: наивной, непосредственной, безмерной.

Не могу поверить, чтобы красавица Даша не целовалась до Егора, не могу поверить, чтобы она хотела бросить его. Но всё может быть. Она действительно ведёт себя чопорно, действительно считает, что ей не повезло с Егором. Любой дорогой автомобиль и пижон, сидящий внутри, вызывает у неё умиление.

— Ты бы бросил её? — Егор внимательно смотрит на меня.

— Это жестоко.

— А если я попрошу?

Хмыкаю, встречаюсь с ним взглядом, понимаю, что он не шутит.

— И что ты хочешь, чтобы у нас всё серьёзно было? — спрашиваю его аккуратно. Ситуация непростая, неизвестно, чем всё закончится.

— Она всё равно уйдёт к другому, ни к тебе, так ещё к кому. Не сегодня, так завтра. Пускай лучше обожжётся один раз с тобой, чем будет счастлива с другим.

— А если она не вернётся?

Он молчит. Ему жаль разрывать отношения, очень жаль. Я вижу это по глазам.

— Это ведь её выбор. Она уходит не потому, что я её отталкиваю, а потому, что она сама хочет. И вернётся тоже, если сама захочет.

Киваю.

— И как ты хочешь, чтобы я её бросил?

— Ну так, чтобы она всю жизнь помнила, — голос Егорки ожесточается, — и больше не искала вариантов на стороне.

***

— Радость моя, солнышко, что ты делаешь со мной? — Даша медленно сходит с ума. Её голос срывается на всхлипывание.

Она дрожит подо мной, развалив ляжки, вцепившись острым маникюром мне в ягодицы. Нежные пяточки колотят спину.

Я полностью достаю двадцать сантиметров вздыбленной липкой плоти, выдерживаю паузу — ствол задирается, вспахивает складку клитора. Отвожу член назад, лёгким напряжением приспускаю его, нащупывая точку проникновения и тут же влетаю в текущую мембрану по самые яйца.

— М-м-м! — Даша стонет, шире растягивая бёдра руками.

Головка втыкается во что-то упругое, находит мягкий предел. Я не спешу доставать член, долблю им Дашу прямо в матку, трусь лобком вверх-вниз, массируя клитор. Потом повторяю процедуру.

Даша — кареглазая шатенка, невысокая, женственная. Профессиональные занятия современными танцами развили в ней силу, грацию, залили роскошную задницу упругими мышцами. У Даши прелестное личико кавказской пленницы из фильма Гайдая: такие же сочные щёчки с ямочками, пухлые губки, подвижный шаловливый взгляд. Пышное каре тёмно-каштановых волос обрамляет головку в овал.

Только сейчас волосы растрепались по подушке, сбились в вялые пряди, прикрывая влажное раскрасневшееся лицо. Моей слюной заляпаны её губы и подбородок. Я смешал свою слюну с Дашиным сладким потом, помадой, вагинальной смазкой, поцелуями покрыл всё тело, вылизал самые откровенные места. До конца засовываю язык в жадный ротик Даши. Мои проникновения синхронны, ритмичны. Она мычит под двойным натиском языка и члена, неожиданно всасывает меня, чуть не с корнем рвёт язык, до боли кусает кончик.

— Прости, — шепчет Даша, глотая воздух, пока есть время отдышаться. — Со мной такое впервые.

Она не замечая продолжает сравнивать меня с Егором. Я выше её и Егора на голову, а значит больше не только в росте. Шестьдесят килограмм Даши — ничто по сравнению с моей соткой. Я деру её как жеребец, намеренно пользуясь превосходством в силе и росте. Специально ищу позы для глубокого проникновения. Работаю с ней как в тренажёрном зале: как только наступает первичное расслабление и девочка на мази, включаюсь всеми группами мышц, постепенно доводя ритм до сложного. Особенно тщательно прокачиваю руки и бёдра.


— Такой большой, — уже озвучила Даша первые впечатления от знакомства с глубоким трахом.

Ставлю её раком: я всегда кончаю в Дашу раком. Только вначале, пока мы привыкали друг к другу, я проявлял нежность. Сейчас я знаю чего хочу от неё: отбойный молоток. Два, три, четыре проникновения в секунду. Я нашёл упор в руках и ногах. Даша висит задницей на члене, выгнув спину, упав вперёд. Я держу её таз двумя руками. Нет девушки подо мной, нет рваного девичьего стона, зарытого в подушку. Я весь внимание, концентрация на дырке, которую я обхватил широкими скобами пальцев и гоняю на члене с безумной скоростью. Белая вагинальная смазка сливками взбивается на поршне, скапливается на складках гладко выбритой вагины, капельками струится по внутренней стороне Дашиного бедра, пачкает мне ногу. Слепая животная похоть охватила меня. Член немеет, в нём не осталось чувствительности, только зудящее щекочущее удовольствие нарастает на конце, поглощает всю палку. Четыре проникновения в секунду, пять. Я не умею двигать бёдрами так часто. Даша — дырка, дополнение к рукам во время дрочки. Звук такой, будто колесо вертится и что-то упругое резиновое ритмично тарахтит, шлёпаясь об асфальт — это мой лобок колотится об резиновый зад Даши. Я долблю её, как дорожный строитель. Она обладательница пышных форм, не захотевшая мириться с природной комплекцией. Её пышная упругая фигурка залита мышцами под нежной бархатной кожей. Она — кошка, гибкая и сильная. Только сейчас она дырка, в которую я кончаю. Презерватив заливается очередной скудной дозой сливок.

Пятый раз за день, но ещё не вечер.

***

Даша едва держится на ногах, покидая мою уютную квартирку. Она смущённо смеётся, потирая бёдра изнутри, поправляя джинсы на попе. Нам обоим нужно отдохнуть, зарядится энергией для новых экспериментов.

— Ты мне позвонишь? — её голос пропитан любовью, как сладкий пирог.

Нахожу её губки.

— Конечно.

— До сих пор не могу поверить, что мы сделали это, — она страстно обхватывает меня руками, целует, опять трётся промежностью об коленку. Отрывается на секунду, смотрит пристально в глаза: — Ты ведь меня не бросишь?

Улыбаюсь в ответ, нажимаю указательным пальцем на её курносик, мотаю головой.

Если бы она знала, как всё сложно... Мне нельзя влюбляться, но это случилось. Я отталкивал её с первого флирта, был груб, неприятен, что я только не делал, чтобы у неё не возникло привязанности, чтобы у меня не возникло привязанности. Сразу установил диктатуру в наших отношениях: трахал всласть, когда душа соблаговолит. Трахал как мне нравится и когда хочется, кончал в рот всю неделю, пока у неё были месячные. Я затрахался трахать, запарился кончать. Я загнал её в самые колючие ежовые рукавицы только для того, чтобы она поскорее вернулась к Егору. Но этого не случилось. Она только скулит и лебезит предо мной.


Выхватывает палец язычком, длинным мазком стремится к кончику, насаживается губками, начинает сосать и притворно стонать, закатывая глаза.

Похотливая сучка! Мало она сегодня насосала!

У меня в штанах опять движение, член висит разомлевшей мочалкой, крайняя плоть горит потёртостями.

Я не могу больше, не могу!

— Всё, пошла вон! — выгоняю её со смехом за дверь.

Возвращаюсь в комнату, тяжкие думы обрушиваются лавиной. Как же так случилось? Почему Даша вдруг оказалась единственной девушкой на свете, о которой я не смел и мечтать? В какой момент наша игра в доминацию стала страстью? Я трахаю бывшую девушку друга, безумно люблю её и ничего не могу с собой поделать. Егор ждёт, когда же я наконец брошу её, подозревая неладное.

Хочется плакать от горя.

— Даша, Дашенька, — шепчу в пол-голоса. — Прости меня, Зайка, сможешь ли ты когда-нибудь меня простить? — глаза всё-таки наполняются слезами.

***

Даша бросила Егора, полагая, что ради неё я бросил Леру Сташевскую.

Так случилось, что мы с Лерой просто друзья и часто проводим время вместе. Оба устали от отношений, оба наслаждаемся свободой без заморочек. Но со стороны до недавнего времени могло показаться, что мы влюблённая пара — так нам весело было, когда мы гуляли вместе. Лера часто брала меня под руку, я носил её сумку с тетрадями. Всё это выглядело очень романтично. На это Даша и клюнула.

Лера — блондинка в законе, учится со мной и Егором на одном потоке. Пышные вьющиеся локоны цвета солнца, обворожительная фигура с плавными изгибами бёдер, ярко выраженной талией, серьёзным размером грудей. Вечно обтянутая брючками, пиджачками, вечно в высоких сапожках на каблучке — Лера эталон женской красоты, предмет зависти всех девчонок, ценнейший трофей в любой коллекции. Только она устала, ей хотелось просто подурить в весёлой компании.


Поэтому Даша и заинтересовалась моей персоной, не столько из-за Егора, с которым отношения разладились, сколько из-за Леры.

«Что это за беспечный парень, который шутками доводит белокурую красавицу до незапланированного похода в туалет? — наверное, подумала Даша. — И почему он не обращает на меня внимания?»

Так всё и случилось. Мы — сбежавшие любовнички. Только я — фальшивка, плюс ко всему прочему ещё и тайный агент. Двойной, как выяснилось.

Даша притянула меня и не отпускает.

***

— Ну как у вас с Дашей дела? — Егор держится стойко, как оловянный солдатик.

Мы бредём по парку, любимое время и место для разговоров по душам. Изредка собачники нарушают тишину в парке громкими возгласами.

— Потиху, — мусолю в голове каждое слово, прежде чем ответить.

— Потиху занимаетесь сексом или расстаётесь? — Егор по-деловому открыт.

Он чем-то похож на Дашу. Такой же плотный, коренастый. Женственность на лице красиво проявляется в голубых глазах, пухлых губах. В остальном он похож на полководца. Острый нос с горбинкой, чёрная шапка волос как у древнего римлянина.

— Она лежит как бревно. Вы с ней оральным сексом когда-нибудь занимались?

Типа жалуюсь. Что мне ещё остаётся?

— Редко, — Егор напряжённо переваривает новую информацию. — А что, она не хочет?

— Ни в какую. И вообще, вялая она какая-то. Тебя часто вспоминает.

— Как?! — Егор с трудом скрывает возбуждение. Одно неправильное слово, и он потеряет рассудок.

— Говорит, что я грубый по сравнению с тобой.

Егор нервничает. Становится на лавку ногами, поднимается на самую спинку, как суслик, вылезший из норки. Оглядывает всё вокруг восторженным взглядом. Спрыгивает.

— Она уже жалеет! — выдыхает он. — Я же говорил, что она пожалеет!

Злорадство застилает ему взор, он доволен. Просит меня:

— Будь с ней ещё грубее. Чтобы она на всю жизнь запомнила! Чтобы знала, что я её любил, а ты поиграл, да и бросил!

***

Я незаметно смазываю пальчик гелем, прикладываю сгусток к розочке. Узелок сжимается.

— Что ты задумал? — Даша смеётся, её попка ходит ходуном перед моим взором. Она лежит на животе, вытянув ноги, подложив руки под голову. Я сижу сзади верхом на ногах. Мой эрегированный член, зачехлённый в красный презерватив, слегка подрагивает.

— А ты как думаешь? — отвечаю игриво в тон Даше.

Мой пальчик легонько проникает в узелок сфинктера, тут же отпрыгивает назад. Скользит внутрь, ускоряет ход, подрагивает как листик на ветру. Мышца попки расслабляется под воздействием лёгкого неглубокого потрахивания. Дрожание передаётся в накаченные булки попы. Они как два полушария глобуса расщепились, открыв вид на нежную звёздочку ануса, розовую щель вагины.


Я играю с Дашей: вгоняю в вагину член, достаю полностью. Одновременно потрахиваю её пальчиком в попку. Даша движется навстречу, двойное проникновение возбуждает её до кончиков ушей, который горят ярким пламенем.

Строгая Даша, учившая Егора, что нельзя говорить такие слова как «фиг» и «блин», потому что они являются такими же матерными, анусом насаживается на мой пальчик.

Я в шоке: погружаюсь в неё всё глубже и глубже, пока фаланга полностью не остаётся в попке, костяшки пальцев упираются в копчик. Потрахиваю её, проталкивая второй пальчик. Одновременно вожу членом во влагалище и пальцами в анусе.

Даша стонет как ненормальная. Переход происходит незаметно для нас обоих: член со скрипом проскальзывает в горячую пульсирующую дырку. Она сжимается и захлопывается. Я лежу на Даше, в Даше, застыв от удивления, её мягкие булки расплылись под давлением моего тела. Железный щит брюшного пресса и лобка придавил её к кровати. Впаянный сук, залитый стальной эрекцией, глубоко сидит в заднице бывшей девушки Егора. Она не возражает!


Ёрзает подо мной, пытается найти амплитуду для колебаний. Помогаю ей: слегка приподнимаюсь, выхожу на сантиметр и вновь влетаю до конца.

— Так глубоко! — стонет Даша. — Какой же ты там сильный!

Она часто несёт подобную чушь, когда мы трахаемся. Подкаблучник Егор не смог раскрыть потенциал, не захотел подчинить эту суку своей воле. Поэтому теперь я вынужден заниматься воспитанием.

Я надеялся поставить вопрос ребром: анал или до свидания, а Даша даже бровью не повела. Отдаётся мне с ещё большей страстью, чем когда мы занимаемся ванилью.

Изжившие себя отношения


Яростно вгоняю член, ставлю её раком. Она охотно складывается на коленках и локтях, бёдра разъезжаются, ещё шире открывая вход в анус. Даша растягивает попу широко растопыренными пальцами с алым маникюром. Она никогда раньше не красила так ярко ногти. Вся эта сексуальность попёрла из неё совсем недавно. Короткая юбка, чулки с сеточкой, яркая помада, яркий маникюр, новая причёска. Она чувствует дыхание Леры в спину, боится потерять отбитого парня. Кроме роста у нас с Егором ещё и положение разное: я работаю и снимаю квартиру, а он живёт с родителями, некоторое время жил с Дашей на её съёмной квартире, но теперь, вот, вернулся к родителям. Ведь Даша хочет ходить в гости, а не подкармливать дармоедов.

— Жигало! — сказала она мне однажды со всей женской злостью и ненавистью, когда я заикнулся про Егора.

Такие дела. Я трахаю Дашку, она визжит то ли от новых ощущений, то ли от восторга, её задница хлюпает и чмокает, анус перестал сходиться. Я включаю тренажёр. Группы мышц: предплечья, плечи, пресс, ягодицы, грудные мышцы.

Заляпанный смазкой член влетает с сокрушительной силой в хрустальный растянутый пальцами зад. У Даши нет запретов, она обожает подчиняться.

Довожу себя до предоргазменного состояния резкими поршневыми движениями. Вырываю бесчувственный член из задницы, срываю презерватив и заскакиваю вперёд на кровать. Рукой оттягиваю член к истекающему слюной ротику.

— Глотай! — командую без всяких прелюдий.

Она хватает член за основание, энергично мастурбирует, сжимает ствол, впиваясь ногтем большого пальчика в нежную кожу. Этот последний шип втягивает меня в оргазм. Её рот давно готов к приёму семени, язык бьёт чечётку, лодочкой сложившись под головкой. Я взрываюсь тяжёлыми струями, придерживая Дашину головку, чтобы она не ускользнула из-под мощных движений бёдер, которыми я сопровождаю сильнейшее извержение.

Она глотает, мычит, как сластёна. Долго вылизывает всё без остатка, отпускает член, только когда я лёгкими поглаживаниями по голове прошу освободить меня.

***

— Странное чувство, — Егор вытянул ноги на дорожку перед лавкой, выпрямил спину, найдя упор головой и попой. Его руки удобно расположились в карманах чёрного двубортного пальто с поднятым воротником. — Я даже рад, что она ушла. Мне так легко и свободно стало.

Мы сидим на холодной лавке, смотрим на первую корку льда, накрывшую зеркальную воду в канале.

— Ты уже не хочешь, чтобы она возвращалась? — я затаил дыхание, мысленно скрестил пальцы.

— Нет, почему же. Хочу, чтобы она вернулась и попросила прощения. Но между нами всё кончено и никогда не будет как прежде, — Егор самодовольно улыбается.

— Ты больше её не любишь?

— Не знаю... — Егор хмыкает. — Кажется, мы никогда и не любили друг друга, — бросает на меня мечтательный взгляд. Вздыхает: — Кстати, я недавно познакомился с офигительной девушкой. Вот это любовь!

Мы молчим. Я сгораю от счастья, прокручиваю повороты судьбы. Готовлюсь отворить душу. Говорю тихо, вкрадчиво, чтобы Егор понял, каково мне сейчас, что я чувствую, как я боюсь отказа:

— Можно я тогда оставлю Дашу себе?
Дата: 22-11-2018, 17:15
Просмотры: 1 773
SexReliz.com » Анальный секс » Изжившие себя отношения
© 2009-2019 SexReliz.com - порно рассказы и ххх фото
Внимание! На этом сайте размещены материалы эротического характера
Входя на этот сайт Вы подтверждаете, что вам 18 и более лет
Наверх